Что такое транзактный анализ? — Психологический центр Ирины Летовой
  • +7 (495) 997-54-37

Что такое транзактный анализ?

Все права на копирование текстов защищены и принадлежат мне, Ирине Летовой.

Транзактный анализ — одно из популярнейших направлений психологической мысли конца XX и начала XXI века.

Транзактный анализ — одна из самых понятных и эффективных психологических моделей, которую с успехом применяют ведущие бизнес-консультанты мира, психотерапевты, тренеры личностного роста.

Определение: Транзактный анализ (ТА) – это теория человеческой личности, социального взаимодействия и система психотерапии. Применяется в психотерапии, консультировании, в организациях, в образовании.

Основателем транзактного анализа является американский психиатр Эрик Берн (Berne). Подробнее о нём читайте в разделе «Об Эрике Берне и транзактном анализе».

«Транзактная теория личности является одновременно теорией жизни». Каждый человек появляется на свет, «обладая способностью развивать свои потенциальные возможности во благо себя и общества, продуктивно, творчески работать и радоваться жизни, быть свободным от психологических проблем» (Berne, 1966). Однако начиная с самых первых дней жизни, ребенок может столкнуться с трудностями. Эти трудности и последующие препятствия могут помешать наиболее полной реализации потенциальных возможностей индивида.

Философия ТА: Все люди – ОК. Каждый человек умеет думать и решать проблемы. Каждый человек может измениться. Каждый человек может осознавать и менять установки, программирующие его жизнь. Каждый человек может выбирать свои мысли, чувства и поведение. Никто, ни ситуация, ни другой человек не может заставить нас чувствовать что-то определённое. Каждый человек может научиться преодолевать пассивность, найти новые формы самовыражения, увеличить собственную эффективность. Отношения в ТА основаны на контрактном методе, при котором каждый участник коммуникации открыто говорит о своих потребностях. Участники коммуникации отказываются от манипуляций, психологических игр, неискренности, от негативных поглаживаний, спасительства и нездоровой созависимости.

Основываясь на этой философии, ТА даёт реальные инструменты для соответствующих изменений. Каждый человек может найти в ТА необходимый ему мощный практический инструмент для роста и развития.

Если вам нравится философия ТА, то используя ТА, вы можете изменить себя и свою коммуникацию так, чтобы соответствовать этим принципам. И тогда философия ТА станет описанием вашей жизни.

Название «транзактный анализ» образовалось от слова «транзакция» – единица общения (см. словарь терминов).
Первоначально транзактный анализ занимался исследованием и изменением качества взаимодействия между людьми.

В основе транзактного анализа лежит теория о том, что личность человека имеет три явновыраженных аспекта – Родитель, Взрослый, Ребёнок (Дитя). Эти аспекты личности называются эго-состояниями (состояниями Я). Они названы по самым характерным особенностям каждого состояния. В каждый момент времени человек находится в одном из трёх эго-состояний.
Единица общения – это один стимул и одна реакция. И стимулами и реакциями может быть слово, взгляд, жест. И стимул и реакция зависят от того, в каких эго-состояниях находятся партнёры по общению.
Разобравшись в своих эго-состояниях и научившись осознанно управлять переключением из одного эго-состояния в другое можно управлять процессом коммуникации, избегать конфликтов, переключать другого человека в более комфортное для себя эго-состояние и т.д. В результате можно в значительной степени изменить качество своего общения. Научиться структурировать своё время так, чтобы уметь отказываться от неприятного общения (психологических игр), выбирая интимность (искренне общение без манипуляций).

Важнейшей частью классического транзактного анализа является анализ психологических игр.
Психологические игры – это манипулятивное общение, которое заканчивается неприятными чувствами. В своей всемирно известной книге «Игры, в которые играют люди» Эрик Берн подробно описал самые распространённые игры. Все люди в большей или меньшей степени участвуют в играх. Некоторые люди являются умелыми игроками и постоянно провоцируют других людей играть в игры. Иногда игры наносят психологическую травму и оставляют след в психике человека на всю жизнь.

В современном транзактном анализе непосредсвенно транзактный анализ – это один из многих разделов.
Важная часть современного ТА – анализ и изменение внутреннего процесса общения — взаимодействия между эго-состояниями. Характер внутрипсихических процессов влияет на самочувствие человека, на степень его автономности и как следствие – на качество жизни.
Ещё одним важнейшим направлением современного ТА является анализ и изменение жизненной позиции и сценария жизни человека. Подробнее об этом читайте в разделе «Анализ сценария жизни».

В России знают о современном ТА очень мало. Многие психологи и психотерапевты презентуют себя, как транзактных аналитиков, однако на практике используют всего лишь теоретические выкладки, взятые ими из книг Эрика Берна. Они считают, что знания терминов Родитель, Взрослый, Ребёнок вполне достаточно для указания в своих визитках «транзактный анализ». К огромному сожалению, подобные специалисты дискредитируют один из самых эффективных методов психотерапии. Узнав верхушки, такие специалисты зачастую (что вполне логично) разочаровываются в ТА и высказываются о ТА, как об «упрощённом психоанализе», как о «несерьёзной ненаучной методике». Такие слова можно объяснить только тем, что упрощёнными и несерьёзными являются их собственные познания в ТА.

«Разница между подлинным мастером ТА и любителем — та же, что и между гитаристом, который с листа читает сложный музыкальный текст, и „человеком с гитарой“, знающим несколько аккордов…» (Из предисловия проф. В. А. Петровского к книге Эрика Берна «Транзактный анализ в психотерапии»)

С другой стороны, даже если бы подобные специалисты и захотели серьёзно учиться транзактному анализу, им пришлось бы приложить много усилий, потратить много денег и времени. Прежде всего, нужно было найти ТА-мастера, рекомендованного Европейской или Международной Ассоциациями ТА, который согласился бы стать его наставником на ближайшие 5-7 лет. Далее нужно было найти другого ТА-мастера (также рекомендованного Европейской или Международной Ассоциациями ТА), у которого пройти собственную ТА-терапию (не менее 150 часов индивидуальной работы). Нужно ездить за границу и посещать семинары разных мастеров ТА и т.д. Обучение современному транзактному анализу — долгий и серьёзный процесс.

К счастью, в 2005 году в Москве открылся первый Институт ТА (ИТА), где проводятся семинары по современному ТА, и, планируется организация долгосрочных программ обучения транзактному анализу по двум направлениям: ТА-терапия и организационный ТА. Сайт ИТА: www.i-ta.ru

За последнее время было переведено на русский язык и издано несколько книг по современному ТА:

  • Т. Харрис «Я — хороший, Ты — хороший»
  • М. Джеймс, Д. Джонгвард «Рождённые выигрывать»
  • Я. Стюарт, В. Джойнс «Современный транзактный анализ»
  • Мэри и Роберт Гулдинг «Психотерапия нового решения»
  • Клод Штайнер «Сценарии жизни людей»
  • Клод Штайнер «Лечение алкоголизма»
  • Клод Штайнер «Игры алкоголиков»

Основатель Транзактного Анализа Эрик Берн

Основатель ТА и автор его ключевых идей — Эрик Берн (1910-1970).

В начале своей карьеры психиатра Берн специализировался на психоанализе, правда его собственный анализ, что является обязательным условием подготовки аналитика, не был успешно доведён до конца. Берн прервал его после того, как психоаналитик запретил ему вторую женитьбу до окончания анализа. Этот личный опыт послужил одной из причин разрыва с традиционным психоанализом и подтолкнул Берна к развитию собственной системы.

Кроме того, Берна не удовлетворяла малая эффективность ортодоксального психоанализа. Важнейшим принципом для Берна была скорейшая и радикальная помощь клиенту. Его армейский опыт (во время 2-ой Мировой войны он служил психиатром в Армейском Медицинском Корпусе) дал ему дополнительный импульс, отточив природную наблюдательность и интуицию. От армейского психиатра требовалась быстрая и эффективная работа.

Берн задаётся целью разработать такую психотерапевтическую концепцию, применение которой обеспечивало бы «полное излечение за минимальное время». Первой задачей, которую он перед собой поставил, был уход от громоздкой и непонятной непосвящённому терминологии, создание единого языка как для общения специалистов между собой, так и для общения терапевтов с клиентами.

Берн использовал разговорный язык, широко привлекая слэнговые словечки. Заглянув в раздел «Словарь терминов транзактного анализа», Вы не найдёте слов, не известных носителю русского языка (некоторые термины, правда, звучат немного странно, поскольку это кальки с английских слов). Анализируя взаимоотношения людей, Берн говорил об играх, пинках, поглаживаниях и рэкетах. Но это не вульгаризмы, не упрощенчество, это — образный язык художника, стремящегося сделать своё изложение возможно более понятным и впечатляющим.

Вполне вероятно, что столь яркий и образный литературный язык Берна сформировался под влиянием его матери, которая была профессиональной писательницей.

В конце 40-х годов Берн начинает разрабатывать проблему интуиции. Результаты его экспериментов и теоретических построений отражены в цикле из шести статей, опубликованных им с 1949 по 1962 год в журнале «Психиатрический Ежеквартальник». В этих статьях Берн впервые высказал идеи, которые легли в основу теории ТА.

В течение всей своей карьеры Берн продолжал живо интересоваться природой интуиции, что не только послужило толчком при разработке основных концепций ТА, но также нашло своё отражение в том внимании, которое Берн уделял идее «думать по-марсиански», то есть понимать как открытые, так и скрытые послания.

В 50-е годы складывается оригинальная психотерапевтическая система Берна, основу которой составляет теория эго-состояний — так называемый структурный анализ. В 1957 году Берн впервые выносит её на суд публики на конференции Американской ассоциации групповой психотерапии. В 1961 году выходит первая книга по ТА «Транзактный анализ в психотерапии»

Теорию эго-состояний, или как её ещё называют, теорию РВД (по названиям эго-состояний: Родитель, Взрослый, Дитя), по значимости часто сравнивают с психоанализом. А ведь теория РВД — это только один раздел Транзактного Анализа.

Книги Эрика Берна:

  • 1961 г. — «Транзактный анализ в психотерапии»
  • 1963 г. — «Структура и динамика организаций и групп»
  • 1964 г. — «Игры, в которые играют люди»
  • 1966 г. — Руководство для психотерапевтов «Принципы группового лечения»
  • 1970 г. — «Секс в человеческой любви»
  • 1972 г. (посмертно) — «Что ты говоришь после того, как сказал „Здравствуй“»

Главенствующее место в жизни Берна занимали литературное творчество и помощь людям. До самой смерти Берн вёл активную практику группового психотерапевта, занимался обучением психотерапии и супервизорством.

Жизнь Эрика Берна оборвалась на взлёте его научной карьеры, когда пришло признание, началась активная и плодотворная деятельность созданной им Международной Ассоциации Транзактного Анализа, появились последователи во многих уголках мира. Он умер от сердечного приступа в 1970 году, не дожив полгода до своего шестидесятилетия

Концепции ТА.

Личностное развитие
Человеческий организм отличается потребностью в различных формах контакта с окружающими людьми и получением реакции от них в процессе взаимодействия. Эта потребность получила название стимульного голода.

Первая форма проявления этой потребности у маленького ребенка является тактильный голод, то есть потребность в физической близости. Отсутствие адекватного физического контакта повышает восприимчивость к заболеваниям и даже приводит к смерти; такое состояние, как госпитализм, было впервые выявлено Рене Шпицем (Rene Spitz, 1945) у детей, проживавших в приютах.

Потребность в тесном физическом контакте сохраняется на протяжении всей жизни, поэтому индивид постоянно стремится к физической близости с другими людьми. Вместе с тем довольно рано люди усваивают простую истину: нельзя получить все, что пожелаешь, поэтому начинается поиск компромиссов, принятие других форм контакта. Тактильный голод преобразуется в голод признания (recognition hunger), то есть простое подтверждение своего существования другими людьми, «словесное прикосновение». Факты такого узнавания получили название поглаживаний по аналогии с физическими поглаживаниями детей как проявлением ласки.

Поглаживание представляет собой основную единицу социального взаимодействия; обмен поглаживаниями составляет транзакцию.

Третьей формой стимульного голода является структурный голод, или потребность организовывать и заполнять время, чтобы избежать скуки. «Вопрос заключается в том, что дальше? Говоря бытовым языком, что могут делать люди после обмена приветствиями?» (Berne, 1964). Или, выражаясь языком одной из книг Берна «Что вы говорите после того, как поздоровались?» (Berne, 1972), «Извечной проблемой человека является структурирование часов бодрствования.

В экзистенциальном смысле функция всей социальной жизни — заручиться взаимной поддержкой в реализации этого проекта» (Berne, 1964, р. 16). (Способы, которыми люди заполняют время, будут обсуждаться ниже в разделе, посвященном социальному взаимодействию.)

Голод возбуждения — это желание или предпочтение структурировать время интересными и волнующими способами. Разновидностью структурного голода является голод лидерства. Лидеры организуют деятельность и программы, благодаря которым люди могут заполнить и структурировать свое время.

Структура личности
Структура личности состоит из трех частей. Три состояния «Я» представляет Родитель, Взрослый и Ребенок. (Заглавные буквы используются для обозначения Я-состояния в отличие от реальных людей.)

«Термин «Я-состояние» предназначен для обозначения состояний ума и соответствующих им стереотипов поведения, как они происходят в природе» (Berne, 1961, р. 30). Каждый индивид включает в себя все три Я-состояния, что проявляется в разных, часто противоречивых, наборах поведенческих стереотипов. Эти наборы поведенческих стереотипов обозначаются как Родитель, Взрослый и Ребенок.

Я-состояние Родителя. Я-состояние Родителя ведет свое начало от экстеропсихе, предполагающей деятельность по идентификации. Все взрослые люди имели реальных родителей (или тех, кто их заменял), которые влияли на их поведение через экстеропсихическое функционирование. Такие виды поведения обозначают как «Родительское поведение», указывая, что индивиды пребывают в состоянии ума, которое было присуще одному из родителей в прошлом, реагируя на внешние раздражители сходным образом, например той же позой, жестом, высказываниями, чувствами и т. д. Выражаясь языком трансактного анализа, «каждый носит в себе своих родителей».
Родитель Берна не похож на фрейдовское Суперэго, хотя Суперэго представляет один из аспектов Родителя, родительское влияние. Родительское влияние — понятие не абстрактное; оно является результатом прямых, настоящих транзакций с родителями. Родительское влияние состоит не только в запретах, но и в разрешениях, поощрении, опеке и командах. Родительское влияние приводит к тому, что индивиды реагируют на окружающую действительность так, как желали бы того их родители; таким образом, реакции Родителя соответствуют действительным реакциям родителей. Основная функция Родителя такая же, как и у реального родителя детей. Кроме того, Родитель выполняет множество вещей автоматически, освобождая Взрослого от принятия маловажных решений.

Я-состояние Взрослого. «Каждый человек с достаточным функционированием мозга потенциально способен к адекватному тестированию реальности» (Berne, 1961, р. 35). Я-состояние Взрослого отражает неопсихическое функционирование. Я-состояние Взрослого фокусируется на обработке данных и оценке вероятностей. Образно говоря, «В каждом человеке есть Взрослый». Взрослый необходим для выживания в этом мире. Кроме того, это состояние регулирует деятельность Родителя и Ребенка, служит посредником между ними.

Я-состояние Ребенка. Каждый Взрослый когда-то был ребенком, отголоски детства проявляются в более поздней жизни как Я-состояние Ребенка, археопсихическое Я-состояние. Ребенок находится под тормозящим, разрешающим или провоцирующим влиянием Родителя. Он отделен от Родителя, является самостоятельной личностью, не совмещается с Родителем, но не обязательно ему противостоит. Фигурально выражаясь, «в каждом из нас живет маленький мальчик или маленькая девочка».
Ребенок не соответствует фрейдовскому Ид, однако находится под его влиянием. В частности, Ребенок хорошо организован в отличие от хаотичного состояния фрейдовского Ид. Поведение Ребенка не есть незрелая Детскость, скорее это Ребячливость. Ребенку свойственны три формы проявления: естественный Ребенок обладает очарованием и интуицией, спонтанностью и креативностью; поведение адаптированного Ребенка модифицируется или тормозится Родительским влиянием; бунтующий Ребенок противостоит Родительскому контролю.

Эти три Я-состояния можно изобразить в виде трех не перекрывающихся, но соприкасающихся кругов, расположенных по вертикали, что отражает их отличие друг от друга и обычную несовместимость. ego-stРодитель располагается вверху, его функция — этическое руководство; Взрослый осуществляет взаимодействие с реальностью; Ребенок представляет собой вместилище, а иногда и буйство архаических тенденций. Эти три ипостаси формируют моральную иерархию. Родитель — наиболее слабое ее звено, а Ребенок — наиболее сильное. Это соотношение хорошо заметно при алкоголизации: первым отключается Родитель, вскоре бразды правления переходят к Ребенку, который удерживает их достаточно долго и уходит последним. Та же последовательность наблюдается при засыпании: Родитель уходит в дремотное состояние, в то время как Ребенок проявляет себя в сновидениях. Однако это не топографические части индивида, как часто воспринимаются Суперэго, Ид и Эго, это также и не концепции, подобные фрейдистским терминам; они проще, экономичнее, это «эмпирические и поведенческие реальности» (Berne, 1966, р. 216).
Родитель, Взрослый и Ребенок обладают равными правами, каждое из этих проявлений занимает свое место в нормальной жизни. Необходимость в анализе и перестройке возникает лишь при нарушении здорового равновесия.

Функции личности
Три вышеупомянутые системы личности по-разному реагируют на раздражители. Родитель (экстеропсихе) пытается подкрепить внешние («заимствованные») стандарты. Взрослый (неопсихе) занимается переработкой и хранением полученной от раздражителей информации. Ребенок (археопсихе) более импульсивно реагирует на слабодифференцированные раздражители.

Каждый из них воспринимает раздражители по-разному и реагирует в соответствии со своим восприятием. Эти три системы друг с другом взаимодействуют, причем Родитель и Ребенок воспроизводят отношения индивида с родителями.

Психическая энергия, или катексис, перетекает из одного Я-состояния в другое; состояние, активированное в данный момент, обладает исполнительной властью; иначе говоря, оно определяет поведение индивида. Говорят, что активное состояние питается несвязанной энергией; неактивное состояние питается связанной энергией.

Существует также свободный катексис, переходящий от одного Я-состояния к другому; чувство Самости пребывает в состоянии, заряженном свободным катексисом. Исполнительное, или активное, состояние, как правило, характеризуется несвязанным катексисом в сочетании со свободным.

Каждое Я-состояние имеет границы, отделяющие его от двух других, что отражает их представление в виде непересекающихся кругов.

Изменения в Я-состояниях зависят от проницаемости их границ, от катектических характеристик каждого состояния, а также от действующих на каждое из них сил. Терапия должна учитывать все эти факторы при стимулировании изменений в Я-состояниях.

Четыре жизненные позиции
Ребенок сталкивается, как отмечалось выше, с необходимостью приходить к компромиссу в удовлетворении своих потребностей, или стимульного голода. В период от 4 до 7 лет ребенок находит компромиссы, которые влияют на его последующие взаимоотношения. Ребенок принимает конкретные решения — совершенно определенные решения, которые можно зафиксировать во времени и пространстве — а затем, исходя из этих решений, занимает позицию в отношении себя и других, отстаивая эту позицию от внешних угроз и сомнений.

Жизненная позиция является основным детерминантом жизненного сценария (см. ниже). (В действительности представляется, что позиция и сценарий вытекают из одних и тех же ранних переживаний, а вовсе не друг из друга.)

Четыре позиции основываются на двух противоположностях: «Я-другие» и «о’кей-не о’кей». В результате возможны следующие варианты:
1. Я о’кей; вы о’кей.
2. Я о’кей; вы не о’кей.
3. Я не о’кей; вы о’кей.
4. Я не о’кей; вы не о’кей.

«Я» может распространяться на группу — «мы». «Вы» может распространяться на «они» или на определенные группы, например мужчин или женщин. «О’кей» может означать любое конкретное благо, «не о’кей» может означать любое конкретное зло.

Первая жизненная позиция — это хорошая, или здоровая, успешная позиция (Healthy success).

Вторая — позиция высокомерия, присущая преобразователям, например, миссионерам, окружным прокурорам, другим «добродетелям». Иносказательно такая позиция называется «избавлением от людей». Менее здоровых индивидов она может привести к параноидным состояниям и убийствам.

Позиция третья, депрессивная, также ведет к самоизоляции индивида от окружающих, в частности за счет попадания в закрытые учреждения или самоубийства. Образно говоря, это «уход от человечества».

Четвертая позиция — бесплодная и шизоидная. Она неизбежно ведет к язвительности или эстетическому суициду.

По мнению Берна, подобные суициды являются результатом нехватки поглаживаний в детстве, приводя к депрессии и отчаянию. Это еще можно назвать «сбиванием себя с ног» (knocking yourself off), а рассуждения таких пациентов называются «купонами» (trading stamps) [Марки, которые прилагаются к товару и могут быть обменены на товар] (см. ниже).

Социальное взаимодействие
Социальное взаимодействие предоставляет возможность удовлетворения структурного голода, или структурирования времени, а также удовлетворения стимульного голода, или получения признания, поглаживаний от окружающих.

Единицей социального взаимодействия служит транзакция. Она включает в себя транзактный стимул от человека, который инициирует транзакцию, каким-либо способом затрагивая другого человека, и транзактные реакции.

Транзакции анализируются с точки зрения источников стимулов и реакций, то есть от кого они исходят, от Родителя, Взрослого или Ребенка. Простейшими являются транзакции Взрослый-Взрослый, то есть от Взрослого одного индивида к Взрослому другого и обратно. Далее по сложности идет транзакция Ребенок-Родитель, обычно в форме просьбы.

Транзакции могут быть дополнительными или пересекающимися. Дополнительные транзакции происходят в естественном русле здоровых взаимоотношений. Они бывают разных типов: транзакции Взрослый-Взрослый, Родитель-Родитель и Ребенок-Ребенок являются дополнительными; к ним также можно отнести транзакции Родитель-Ребенок и Ребенок-Родитель.

Дополнительные транзакции лежат в основе гладко протекающего взаимодействия.

Пересекающиеся транзакции приводят к разрывам коммуникации. Наиболее распространенной и наиболее неблагоприятной в плане продолжения коммуникации является ситуация, когда Взрослый одного обращается к Взрослому другого, а этот другой реагирует в лице своего Ребенка на Родителя инициатора взаимодействия. Реакция Родителя на Ребенка другого относится ко второму типу пересекающихся транзакций. В первом случае ответ на вопрос: «Ты не знаешь, где мои запонки?» будет звучать так: «Ты всегда меня во всем обвиняешь». Реакция второго типа будет следующей: «Почему ты сам не следишь за своими вещами? Ты ведь уже не ребенок».

Существует семьдесят две разновидности пересекающихся и всего девять типов дополнительных транзакций.

Транзакции можно также подразделить на простые и скрытые (включающие два Я-состояния и затрагивающие как социальные, так и психологические аспекты), последние могут быть угловыми (36 типов) или двойными (6480 типов).

Подробное обсуждение этих вопросов здесь опущено. В ходе обычного социального взаимодействия имеет место около 15 типов транзакций.

Транзакции происходят сериями. Они могут включать материальное программирование, социальное программирование и индивидуальное программирование.

Материальное программирование структурирует время через деятельность или процедуры и имеет дело с материальной внешней реальностью. Процедурами называют простые дополнительные Взрослые транзакции. Они представляют интерес лишь постольку, поскольку дают возможность признания и более сложных форм социального взаимодействия.

Социальное программирование включает ритуалы и времяпрепровождение. Деятельность, ритуалы и времяпрепровождение — три из четырех основных способов структурирования времени. Четвертый способ — игры, которые являются результатом индивидуального программирования (то есть индивидуальных стереотипов и поведенческих последовательностей, «предписанных негласными нормами и правилами»; Berne, 1964, р. 17). Существуют и два других крайних варианта социального поведения: с одной стороны, отстраненность, а с другой — близость.

Ритуалы. Ритуалы относятся к социально предписанным формам поведения в стандартных социальных ситуациях. Это дополнительные родительские трансакции. Они удовлетворяют потребность в признании и поглаживании. Вероятно, наиболее общепринятым ритуалом является поведенческая последовательность «Здравствуйте — До свидания». Лишение символов признания составляет суть грубости. Известны различные степени и типы признания. Письма от поклонников — деперсонифицированная форма признания; более личной формой являются живые аплодисменты или подаренный букет цветов после представления. В словесном выражении признание варьирует от обычного «здравствуйте» до «как поживаете?». Возможны варианты от простого признания присутствия человека, через признание чувств, ощущений и личности, до проявления личного интереса. «Одного признания, однако, недостаточно, поскольку после выполнения ритуалов возникает напряжение и появляется тревога. Настоящая проблема социального взаимодействия состоит в том, что происходит после ритуалов» (Berne, 1961, р. 85).

Времяпрепровождение. Процедуры и ритуалы стереотипны и, следовательно, предсказуемы. Варианты времяпрепровождения более разнообразны. Они могут начинаться и заканчиваться ритуалами и занимают больше времени по сравнению с ритуалами. Времяпрепровождение часто заполняет время, пока человек ожидает начала встречи или какой-либо деятельности либо на вечеринке. Времяпрепровождение может способствовать процессу социального отбора, поскольку они сводят вместе людей со сходными интересами или интересом друг к другу, часто приводя к более сложным взаимоотношениям (играм) или началу дружбы. Варианты времяпрепровождения чрезвычайно разнообразны и имеют свои названия, например «Мужской разговор», «Дамский разговор», «Знаете ли вы» и т. д. Они могут быть классифицированы различными способами. Времяпрепровождения относятся к дополнительным транзакциям. Помимо других преимуществ, уже упомянутых выше, времяпрепровождение может подтвердить роль индивида и укрепить его позицию (см. перечень из четырех позиций). Времяпрепровождение может приносить удовольствие само по себе или же, особенно для невротических личностей, быть просто способом проведения времени. Вместе с тем они не сопряжены с особым волнением.

Игры. Времяпрепровождение и игры относятся к занятиям (engagements); они располагаются между деятельностью и ритуалами, с одной стороны, и близостью с другой. Если времяпрепровождение является прямой транзакцией, то игры можно отнести к скрытой. Транзакции в играх являются дополнительными и предполагают вознаграждение.

«Процедуры могут быть успешными, ритуалы — эффективными, времяпрепровождения — выгодными, но все они по определению искренни; они могут включать соревнование, но не конфликт, их конец может быть сенсационным, но не драматичным.

В то же время каждая игра, с одной стороны, в основе своей нечестная, а, с другой — результат ее драматичен, а не просто волнующ» (Berne, 1964, р. 48).

Игры не имеют ничего общего с «развлечениями»; они угрюмо серьезны, как карточные игры. Продажи предполагают наличие игры, их так и называют: «страховая игра», «игра в продажу недвижимости» и т. д. вплоть до «мошеннической игры»; война — это тоже игра.

Игры имеют свои названия: сотня их перечислена и описана в книге «Игры, в которые играют люди» (Berne, 1964), от A (Addict, «Пристрастие») до Y (You’ve Got to Listen, «Ты должен слушать»). Множество других игр были выявлены позднее. Излюбленная игра супругов называется «Если бы не ты» с ее социальным вариантом «Если бы не он». Жена извлекает из этой игры целый ряд выгод, в том числе избавление от непосильного или пугающего дела, манипулирование мужем, получение информации для структурирования и заполнения социальных взаимоотношений с другими женщинами.

Наиболее распространенная игра в коллективах «Почему бы вам не… — Да, но…», в которую может играть любое количество участников. Игрок, обозначаемый «он», возражает «Да, но…»: «Хороший игрок может противостоять остальной группе как угодно долго, пока окружающим не надоест, тогда «он» выигрывает» (Berne, 1961, р. 104). Эта игра ведется отнюдь не под предлогом получения помощи или информации, а со скрытой целью увещевания и потакания Ребенку, который огорчает Родителя.

Игры выполняют целый ряд функций; они заполняют большую часть социальной жизни. С целью избежать скуки времяпрепровождения и не подвергать себя при этом опасностям близости, люди прибегают к играм для возбуждения и социального подкрепления, или поглаживания. Как и в случае времяпрепровождения, люди, играющие в одни и те же игры, держатся вместе.

Игры относятся к двойным транзакциям и предполагают два уровня, социальный и психологический, причем последний бывает скрыт. Выгода находится на психологическом уровне, в форме чувств, хороших или плохих. Повторение игры ведет к коллекционированию определенных чувств, «купонов», что превращается в «рэкет». Некоторым людям необходимы определенные игры для поддержания психического здоровья. «Их динамическая функция состоит в сохранении психического равновесия, а их фрустрация ведет к взрыву гнева или состоянию, которое в транзактном анализе называется отчаянием» (Berne, 1961), это состояние скорее сходно с экзистенциальным отчаянием, чем с депрессией.

Выгодами от некоторых игр являются чувства вины, неадекватности, обиды, страха, боли и гнева, это и есть «продажа купонов». Самооправдание этих чувств составляет рэкет. Игры предназначены для манипулирования окружающими, поэтому игроку полагается проявлять эти чувства и предпринимать значимые действия, связанные с собственным жизненным сценарием, без чувства вины.

Игры, подобно процедурам, ритуалам и времяпрепровождениям, осваиваются в семье. Если последние три прямо преподаются родителями, то игры обычно осваиваются косвенно или путем подражания. Они передаются в поколениях.

Близость. «Времяпрепровождение и игры заменяют реальную жизнь истинной близости» (Berne, 1961, р. 86). Близость предполагает интенсивное глубоко индивидуальное программирование, разрушающее ограничения социальных стереотипов и скрытых ограничений. «Общество не терпит искренности, за исключением личных отношений» (Berne, 1964); близость — это личное дело.

Близость затрагивает естественного Ребенка. Она свободна от игры.

«К счастью, вознаграждения от близости, которая является или должна быть наиболее совершенной формой человеческой жизни, столь велики, что даже самые сыгранные партнеры беспрепятственно и с радостью оставляют игру, если находится подходящий человек для формирования близких отношений» (Berne, 1964).

Чтобы иметь возможность подняться над игрой и вступить в близость, человек должен обладать достаточной сознательностью и спонтанностью, чтобы избавиться от навязчивого стремления играть в игры и, следовательно, свободно выбирать и выражать чувства, исходящие от Родителя, Взрослого или Ребенка. Для выхода из игры требуется свобода от влияния семьи и родителей, благодаря которым игра была освоена.

Сценарии. Игры организованы в сценарии. «В операционном смысле сценарий представляет собой сложный набор транзакций, по природе своей повторяющихся, что в действительности проявляется не всегда, поскольку полный цикл может потребовать всей жизни» (Berne, 1961).

Это бессознательный жизненный план, в основе которого лежит решение, принятое в раннем детстве.

Наиболее ранний опыт формирования сценария получил название протокола, он ведет свое начало из опыта общения с родителями и их влияния; позднее он подвергается воздействию мифов и сказок, с которыми знакомят ребенка.

В последующие годы он несколько подавляется, однако вновь проявляется в предсознании как изменяемая часть сценария (script proper). Изменяемая часть сценария модифицируется в соответствии с реальностью и проявляется в адаптации, которая отыгрывается в жизни и в групповом лечении. Все три формы включены в термин сценарий.

Другие разновидности включают оперативный сценарий, который вытекает из адаптации, а также вторичный адаптированный сценарий, который служит постановочным сценарием жизни. Кроме того, обычно существует антисценарий, или контрсценарий, который является более безопасным и конструктивным планом, чем волнующий, но часто деструктивный сценарий, и который перемежается со сценарием.

Контрсценарий может также определять стиль жизни, в то время как сценарий ответственен за неизбежную судьбу, которая для сторонних наблюдателей может показаться полной неожиданностью.

Хотя сценарий как жизненный план рассчитан на всю жизнь, он может воспроизводиться в укороченных версиях каждый год или даже неделю, иногда по несколько раз на протяжении одной групповой сессии или в течение нескольких секунд.

Сценарии могут быть конструктивными или трагическими. Распространенный трагический сценарий проистекает из усвоенного в детстве убеждения в существовании доброго Санта Клауса, который в нужный момент подарит успех и счастье. Когда человек отчаивается ждать, он может обратиться за помощью к психотерапевту.

Сценарии тесно связаны с жизненными позициями, в частности сценарий с Санта Клаусом имеет отношение к позиции «Я не о’кей; вы о’кей» и может привести к результатам, о которых шла речь выше при обсуждении четырех позиций.

Сценарии оказывают доминирующее влияние в социальных взаимодействиях, которые, таким образом, испытывают воздействие заложенных в сценарий ранних переживаний. Игры избираются в соответствии со сценарием, транзакции отбираются в соответствии с играми. Окружение отбирается по его участию в транзакциях; для более устойчивых отношений отбор производится по готовности участвовать в играх; для более близких взаимоотношений люди отбираются по их способности играть роли в сценарии.

В жизненном сценарии человека всегда присутствует элемент судьбы. Человек является пленником своего сценария, если ему не удастся как-то преодолеть эту зависимость. Таким образом, принятое в детстве решение определяет всю жизнь человека и то, как он встретит смерть.

Психопатология
Общая патология психических расстройств подразделяется на структурную и функциональную. Структурная патология включает аномалии психической структуры Родителя, Взрослого и Ребенка. Имеются два распространенных типа — исключение и заражение.
При исключении одно из Я-состояний в целях самозащиты исключает другие и начинает определять поведение. В случаях «компенсированной» шизофрении Родитель исключает археопсихе Ребенка. У расчетливого ученого преобладающим Я-состоянием является Взрослый. У нарциссических, импульсивных личностей Ребенок исключает Родителя и Взрослого. Если два Я-состояния исключаются, говорят, что они списываются (decommissioned). При заражении одно из Я-состояний вторгается во Взрослого. Заражение Взрослого Родителем ведет к известной предвзятости. Вторжение Ребенка во Взрослого наблюдается при бреде. Двойное заражение включает одновременное вторжение во Взрослого Родителя и Ребенка.
Вторым типом психопатологии является функциональный. При функциональной патологии границы «Я» проницаемы, что ведет к лабильности (флуктуации) катексиса от одного Я-состояния к другому. Вместе с тем подвижность катексиса может наблюдаться и при отсутствии дефектов в границах «Я». Застой катексиса возникает при слишком медленном его движении. Границы «Я» могут быть жесткими или практически непроницаемыми; это является необходимым условием исключения. Развитие психопатологии начинается с травмирования Я-состояний в детстве; чем раньше произошла травма, тем более серьезные возможны последствия.
«Симптомы являются проявлением единичного определенного Я-состояния, активного или исключенного, хотя они могут быть результатом конфликтов, взаимодействий или заражений между различными Я-состояниями. Первое симптоматическое задание в структурном анализе, таким образом, состоит в выявлении Я-состояния, ответственного за проявление симптома» (Berne, 1961, р. 61)
Галлюцинации обычно исходят от Родителя. Бред, как правило, наблюдается в результате заражения (контаминации) Ребенком Взрослого, поэтому бред часто воспринимается как Я-синтонный со Взрослым, как переживания Взрослого. После прекращения заражения бред может сохраниться, однако человек сознает, что эти переживания не имеют под собой реальной основы; они становятся Я-дистонными. «Пограничные симптомы» (дереализация, деперсонализация, отчуждение, чувства нереальности, уже пережитого и так далее) вытекают из «нарушений границы между Взрослым и Ребенком» (Berne, 1961, р. 63). Все эти симптомы шизоидные по своей природе.
«При гипомании наблюдается исключение Родителя Ребенком при участии зараженного Взрослого, поэтому преобладают неопсихические (Взрослый), хотя и нарушенные, суждения. Если мания прогрессирует, Взрослый и Родитель терпят поражение от заряженного психической энергией Ребенка, который получает широкие возможности для своей бурной деятельности» (Berne, 1961, р. 66).
Симптоматика конверсионной истерии проистекает от Ребенка, который исключается Взрослым через подавление. В целом, однако, при неврозе Родитель является врагом. Расстройства характера и психопатии также являются проявлениями Ребенка в сотрудничестве со Взрослым; импульсивный невроз также коренится в Ребенке, но уже без участия Взрослого или Родителя.
Функциональные психозы включают все состояния, обычно диагностируемые как маниакально-депрессивные и шизофренические, однако взамен обычной нозологической классификации в терминах структурных состояний они подразделяются на активные и латентные. «Активным считается психоз, при котором исполнительная власть находится у Ребенка и который переживается как «истинное «Я»», в то время как Взрослый списан» (Berne, 1961, р. 139). При других состояниях, в частности при мягкой депрессии, гипомании, расстройствах характера и паранойе Взрослый заражен Ребенком и сотрудничает с ним, но не списывается. Эти расстройства могут перерасти в активный психоз. При латентном психозе, который включает в себя компенсированные психозы, амбулаторные психозы, психозы на фоне ремиссии, а также предпсихотические, или пограничные, состояния, Взрослый обладает исполнительной властью и переживается как «истинное я», хотя он заражен и/или временно списан.
Диагноз включает в себя определение Я-состояния на основании поведения. «Я-состояния клинически проявляют себя в двух формах: как заряженные катексисом согласованные состояния ума, переживаемые как «истинное «Я»»; или как вторжения, обычно скрытые, или бессознательные, в деятельность текущего «истинного «Я»»» (Berne, 1961, р. 71). Постановка диагноза требует непосредственного наблюдения в сочетании с интуитивной чуткостью к непроизвольным, а также к произвольным и социальным видам поведения. Манера держать себя, например «уверенный разворот прямых плеч» или «грациозный материнский изгиб шеи», выдает установку «Я», в данном случае Родителя. Жестикуляция, а также голос и словарный запас указывают на действующее Я-состояние.
Все Я-состояния имеют четыре основных свойства: исполнительную власть, приспособляемость, биологическая текучесть и ментальность. Полный диагноз требует, чтобы все четыре состояния были рассмотрены и проанализированы. Поведенческий диагноз основывается на манере держаться, голосе, словарном запасе и других характеристиках. Он подтверждается социальным, или рабочим, диагнозом, который учитывает соответствующие Я-состоянию виды поведения в ответ на социальные стимулы. Исторический диагноз требует дополнительного подтверждения; он учитывает воспоминания и утверждения индивида относительно конкретных корней или прототипов поведения в прошлом. Диагноз в терминах стандартной классификации терапевтически не оправдан. Терапия основывается на структурном диагнозе.
Терапевтический процесс.
Цели терапии
Хотя приведенное ниже высказывание относится к контексту группового лечения, оно также применимо и к индивидуальному лечению.
«Учитывая общепринятое мнение о том, что психиатрические пациенты находятся в состоянии замешательства, задача психотерапии, таким образом, состоит в том, чтобы вывести их из замешательства хорошо спланированными действиями по анализу и синтезу. В наиболее общих терминах эти действия будут включать обеззараживание, восстановление катексиса, переориентацию и кларификацию» (Berne, 1966, р. 213).
Транзактный анализ не удовольствуется улучшением, или прогрессом, делающим из пациентов более приспособленных Лягушек, он нацелен на исцеление и превращение шизофреников в нешизофреников, или Лягушек в Принцев или Принцесс (см. Berne, 1966, р. 290).
В структурных терминах терапия пытается стабилизировать и обеззаразить Взрослого; при его главенстве может быть пересмотрено раннее решение Взрослого, приведшее к психопатологической позиции, восстановлены отношения с Родителем. Может быть принята позиция «я о’кей; ты о’кей». Вместе с тем Берн (Berne, 1961), по-видимому, признает в качестве задач терапии неврозов контроль симптомов, ослабление симптомов и социальный контроль, однако «главной задачей транзактного анализа является структурная реадаптация и реинтеграция».
Этапы психотерапии
Терапевтический процесс требует, во-первых, перестройки и, во-вторых, реорганизации. Перестройка «заключается в кларификации и определении границ «Я» за счет таких процессов, как диагностическое очищение и обеззараживание». Реорганизация заключается в «перераспределении катексиса через избирательно спланированную активацию конкретных Я-состояний с целью установления гегемонии Взрослого через социальный контроль. Реорганизация обычно характеризуется перевоспитанием Ребенка, с исправлением или замещением Родителя. За динамическим этапом реорганизации идет вторичный аналитический этап, когда пытаются вывести из замешательства Ребенка» (Berne, 1961, р. 224). В психотерапии выделяется несколько шагов или этапов, причем терапия может завершиться успехом любого из них. Термин «транзактный анализ» относится ко всему процессу в целом, хотя так называется и один из этапов.
1. Структурный анализ (анализ эго-состояний). Структурный анализ включает описательное исследование Я-состояний в направлениях, о которых шла речь в разделе, посвященном психопатологии, чтобы обеззаразить Взрослого, определить границы «Я», усилить контроль со стороны Взрослого. «Цель этой процедуры состоит в восстановлении доминирующего положения способных к проверке реальности Я-состояний (Взрослый) и освобождении их от заражения архаическими и чужеродными элементами Ребенка и Родителя» (Berne, 1961). Вполне возможно, что дальнейшее лечение после структурного анализа больше не потребуется. Пациент с достаточно сильным «Я» или Взрослым «Я», как правило, реагирует активацией Взрослого Я-состояния, становясь более рациональным и объективным, в отношении как самого себя, так и окружающей действительности. Результатом является стабилизация, при которой исполнительная власть переходит ко Взрослому, а состояния Родителя и Ребенка могут быть вызваны, когда это желательно.
2. Изменяемая часть транзактного анализа. После структурного анализа терапия может завершиться, пациент может быть направлен на психоанализ или приступить к транзактному анализу. Задача транзактного анализа состоит в социальном контроле; «иначе говоря, речь идет о контроле над склонностью индивида манипулировать окружающими в деструктивной и вредной манере, а также над его склонностью слепо реагировать на манипуляции окружающих» (Berne, 1961). Естественной средой для транзактного анализа служит группа. Транзакции анализируются в терминах их дополнительности или пересечения, а также значения для участников. Терапия может завершиться на этом этапе.
3. Анализ времяпрепровождения и игр. Анализ протяженных транзакций проводится в рамках времяпрепровождения, которым отводятся начальные этапы групповой терапии, а также игр. Игры индивида оцениваются с точки зрения первичных выгод (внешних и внутренних), вторичных выгод, социальных и биологических выгод (замена изоляции стимуляцией). Задача анализа игр — свобода от игры в близких взаимоотношениях или, с практической точки зрения, свобода выбирать игры, того, с кем играешь или не играешь, и как далеко заходишь в своей игре. Транзактное групповое лечение сосредоточено на анализе игры.
4. Анализ сценариев. Сценарии разыгрываются в группе. Задача сценарного анализа состоит «в закрытии старого шоу и постановке лучшего», или в освобождении пациента от навязчивого переживания изначальной катастрофы, на которой базируется сценарий. «Поскольку сценарии слишком сложны и полны индивидуальных особенностей, невозможно провести адекватный сценарный анализ в рамках одной только групповой терапии» (Berne, 1961).
Сценарии могут нигде не проявляться, за исключением продвинутой группы или в сновидениях. Помощь в выявлении и понимании сценария оказывает сценарная матрица. «Сценарная матрица представляет собой диаграмму для иллюстрации и анализа директив (сообщений), переданных от родителей и прародителей настоящему поколению. Большой объем информации может быть сжат и элегантно представлен в виде относительно простого изображения» (Berne, 1972). Этот прием позволяет пациенту увидеть, как Я-состояния родителей и прародителей и их директивы передались и укоренились в его собственных Я-состояниях.
У клиентов, обратившихся к психотерапевту, жизненные сценарии чаще трагические, чем конструктивные. Задача терапии — помочь пациенту преодолеть сценарий, установив контроль Взрослого над своей жизнью. Это не значит, что Взрослый функционирует с исключением соответствующих состояний Родителя и Ребенка. Это стабильное состояние, при котором индивид способен по желанию наполнять то или иное состояние психической энергией. Уход от сценария дает человеку возможность жить в реальном мире. Наиболее эффективным способом увода пациента из сценария является индивидуальное лечение, дающее наиболее действенный пример антисценария. Для достижения стойкого эффекта необходима и дальнейшая работа. Вмешательство проводится в форме разрешения Ребенку не поддаваться на родительские провокации и предписания.
5. Анализ взаимоотношений. Анализ взаимоотношений касается преимущественно супружеских отношений и связей или формирующихся связей. Он проводится в присутствии обоих заинтересованных лиц, хотя пациент иногда воспринимает это как попытку оказать давление на принятие решений.
В некоторых случаях может потребоваться структурный анализ второго порядка, который включает признание и анализ сложных Я-состояний. Родитель, например, включает материнские и отцовские элементы, каждый из которых имеет собственные компоненты Родителя, Взрослого и Ребенка. Я-состояние Ребенка включает компоненты Родителя, Взрослого и Ребенка, причем последний является архаическим Я-состоянием в рамках общего Я-состояния Ребенка.
Применение и техники.
Психотерапевт руководствуется тремя лозунгами, как их называет Берн, которые заимствованы из медицины.
«1. Главное — не навредить. Прежде всего психотерапевт не должен причинять вред. Вмешательство должно проводиться только в случае необходимости и до необходимой степени.
2. Целительная сила природы. Организм имеет внутренне стремление к здоровью, что касается как психологического, так и физического аспектов. Задача психотерапевта состоит в устранении препятствий к естественному исцелению и росту.
3. Я лишь врачую, исцеляет Бог. Психотерапевт оказывает пациенту помощь, но исцеляет его Бог; иначе говоря, психотерапевт проводит наиболее подходящее в данном случае вмешательство, избегая причинять пациенту вред или боль, остальное довершает природа» (Berne, 1966, pp. 62-63).
Перед терапией заключается соглашение, или контракт. Пациентов расспрашивают, с какой целью они пришли к психотерапевту. Если пациенты могут четко сказать, чего хотят, психотерапевт предлагает им посетить несколько сессий, чтобы оценить методы его работы. Первыми задачами, которые ставит пациент и принимает психотерапевт, могут быть ослабление симптоматики или социальный контроль. Психотерапевт может иметь совсем иную цель, однако достижение ее на время откладывается до подписания контракта. Таким образом, контракт обсуждается не перед началом, а в процессе терапии и изменяется по ходу лечения.

Общий метод состоит: 1) из выявления, указания и обозначения первоисточников поведения в терминах Я-состояний или их заражения, с последующим обеззараживанием их через объяснение (структурный анализ), а также 2) из выявления, указания и обозначения транзсакций, времяпрепровождения, игр и сценариев (транзактный анализ). Это предполагает обучение: в частности, пациента «учили различать реакции своего Родителя, Взрослого и Ребенка соответственно, на то, что ему говорит психотерапевт и другие люди» (Berne, 1961). Пациентов обучают основам теории и концепций Я-состояний, игр и т. д., уже на первых сессиях.

Польза от терапии. В ТА говорят: <Для того чтобы лучше себя чувствовать, не нужно обязательно болеть>. Чтобы терапия принесла вам пользу, не обязательно быть немощным и больным.

В общем-то у вас не обязательно должны быть проблемы. Вы можете быть вполне самодостаточным и цельным человеком и пройти терапию просто для того, чтобы получать от жизни еще больше. Никто не может быть на сто процентов свободным от сценария независимо от того, повезло ему с родителями или нет. Многие из нас, входя в сценарий в некоторых случаях жизни, сами создают себе проблемы. Разрешить эти сенарные вопросы и призвана терапия.

Кроме сказанного, терапия ТА может быть также рекомендована всем, кто испытывает личные проблемы, начиная от взаимоотношений на работе и кончая серьезными психическими нарушениями. Лечение более сложных психических заболеваний требует соответствующих условий и психиатрической помощи.

С уважением, Ирина Летова.

Информация юриста. На основании Федерального закона Российской федерации «Об авторском и смежных правах» (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений размещенных в данном разделе, в архивированном виде, категорически запрещен.
Данные тексты представлены исключительно в ознакомительных целях. Копируя и сохраняя тексты, вы принимаете на себя всю ответственность, согласно действующему законодательству РФ.
Все авторские права на данные тексты сохраняются за правообладателем. Любое коммерческое и иное использование текстов без согласия Ирины Летовой запрещено.
Если вы используете идеи или материалы статей Ирины Летовой, вы должны обязательно указывать источник информации — сайт www.letova.com